Читали на книжном клубе «Верхний ярус» Ричарда Пауэрса – энергичный гимн экоактивизма. Повествует книга о нескольких персонажах, занимающихся защитой лесов от вырубки, сначала о том, как они дошли до жизни такой, как оказались связаны с деревьями (у одного дед, отец и он сам всю жизнь фотографировали растущий возле их фермы каштан; другой, когда его самолёт подбили над джунглями Вьетнама, упал в крону гигантского дерева, то есть дерево ему буквально жизнь спасло и так далее), а затем присоединились к экологическому движению: приковывали себя к деревьям, ложились на землю перед бульдозерами, а пара из них вообще на дереве жила почти год. Затем, убедившись в бессмысленности мирного протеста, они переходят к экотерроризму, но только против зданий и оборудования, не причиняя вред людям. Заканчивается эта деятельность тоже довольно мрачно, активисты разбегаются и много лет скрываются от правосудия.
Книга, надо сказать, написана действительно сильно. Хорошо показано, как люди приходят к такой деятельности и что она из себя представляет, и да, хотя написано ясно и однозначно с точки зрения протестующих, всё же автор честно показывает, что такое сообщество скорее напоминает секту. Люди, в нём участвующие, обычно напрочь ссорятся с родственниками и друзьями, становятся фактически изгоями, подчиняются жёсткой идеологии, считают всех, кто не разделяет их представлений, недостойными грешниками, злодеями и своими врагами, особенно ненавидят корпорации и их работников, готовы пожертвовать собой ради дела, строят отношения исключительно внутри своего междусобойчика. И даже берут себе новые имена после ритуала инициации, всё как положено.
В тему религиозной (или, если угодно, псевдорелигиозной) секты работает и то, что все они относятся к лесу как некоему древнему сверхорганизму, обладающему своего рода самосознанием и волей к действию, хотя и очень-очень сильно отличных от присущих людям. И сами эти активисты до некоторой степени воспринимают роль леса в своей жизни как нечто вроде вмешательства высшей силы, связавшей их с собой, и ощущают себя своего рода избранниками, адептами леса, выразителями его воли, рыцарями-защитниками. Под это даже подводится некая условно-научная база: вот посмотрите как в лесу насекомые и звери выступают частью экосистемы; олени переносят семена, кабаны рыхлят почву копытами и клыками, жуки поедают упавшие деревья, бобры меняют течение воды, ну и всё такое. Неподвижный лес использует движущихся существ для своих целей, почему он не может делать того же самого с людьми?
Замечу в сторону: вообще когда попадаешь в настоящий старый лес и забуриваешься в глубь, да ещё и в пасмурную погоду или в сумерки, действительно возникает такое нехорошее чувство, что и у деревьев, и у всего леса есть в отношение тебя некоторое напряжение, недовольство вторгшимся чужаком и желание избавиться от него любым способом. И тоже замечу – лично у меня лес как-то вот не вызывает столь положительных эмоций, как у автора книги, не ассоциируется с блаженством, умиротворением, избавлением от забот, нет, скорее я к нему отношусь с опаской.
Ещё одна сквозная тема книги – то, что вся бурная деятельность персонажей, неважно будь то агитация, судебные разбирательства или акции прямого действия оказывается почти полностью бесполезной. Всё, что им удаётся сделать, это иногда на некоторое время вызвать общественный резонанс, отсрочить вырубку леса, да ещё привлечь новых сторонников (да и то – уходят из движения примерно столько же людей, сколько и приходит) и собрать побольше денег.
Даже у тех двух персонажей книги, кто не связан непосредственно с активизмом – учёная, написавшая очень трогательную, проникновенную и популярную книгу о защите леса, и компьютерный гений, создавший мировую систему мониторинга за состоянием лесов – им тоже не то чтобы получается добиться реальных результатов. Учёная каждый раз, когда ей приходится куда-то лететь, чтобы представить свою книгу или принять участие в очередной природоохранной конференции, с горечью считает углеродный слет от самолёта, а когда получается чек после выхода очередного тиража, представляет, сколько деревьев понадобилось срубить для бумажного издания. А система мониторинга - констатирует разворачивающуюся катастрофу, но никак ей не мешает.
Впрочем, такая безнадёжность в борьбе за дело, которое персонажи считают не то что правым, а практически священной войной, как это часто бывает с миллениаристскими движениями, приводит к ещё большей радикализации позиции, ещё большей уверенности в том, что мир во тьме лежит и исправить его невозможно, к ещё большему внутреннему сплочению и ожесточённости в обличении слуг тьмы, и в конечном итоге к моральному оправданию насильственных действий как вынужденной крайней меры. Отчаяние толкает людей на решительные поступки, так случалось со многими движениями, и религиозными, и политическими, и культурными.
При этом базовая интонация книги построена не просто на сочувственном изображении активистов и людей с ними на связанных, но на выведении их в качестве примера для подражания, чуть ли не плакатного, своеобразного вызова читателю, обвинения его в преступном бездействии перед лицом творимых злодейств и образцов героического поведения. Книга как будто взывает:
Старый дуб срубили у тебя на глазах//Целый лес срубили у тебя на глазах//А ты остался таким же как и был.
И далее прямо по тексту классика – есть лишь два выхода для честных ребят: взять цепью и приковать себя к дереву, либо… И, кстати, да, один из персонажей книги действительно собирается публично покончить с собой в знак протеста, но потом передумывает.
Что касается личных впечатлений, то меня книга опечалила. Мне тоже обидно и досадно наблюдать за тем, что происходит и с вырубкой древних лесов, и вообще со всем тем, что человечество вытворяет с окружающей средой, причём вытворяет зачастую бездумно и безразлично, ради увеличения потребления, ради комфорта, ради прибыли. И я понимаю, что тоже участвую в этом процессе, хотя и всего лишь в скромной роли потребителя. Впрочем, насчёт скромности… в какой-то момент я оторвался от чтения, посмотрел на свои полки с бумажными книгами и прям физически ощутил как призраки деревьев, убитых ради печати этих книг, простирают ко мне прозрачные ветви и шепчут: «ты если муж, сотворивший сие».
И опять же, я не испытываю того священного трепета перед лесными зарослями, которое настойчиво транслирует автор, но мне правда жалко старые деревья и старые леса. А вообще, всех жалко. Лес жалко, экоактивистов жалко, даже лесорубов жалко, хотя они изображены как злодеи или скорее как злодейские прислужники, но тоже как представишь, что им приходится разбираться с людьми, кидающимися перед бульдозерами и приковывающими себя цепями к деревьям, как им в лицо кидают оскорбления, а то и что похуже, так что их тоже жалко. А больше всего как обычно жалко себя. Почему я, такой нежный, должен всё это терпеть?
Ну а в целом – неплохая книга, хорошо написана, не зря получила Пулитцеровскую премию, хотя как по мне – заметно провисает в середине, на описании многочисленных однообразных акций экологического сопротивления, но потом сюжет опять бодро раскручивается. И если кому интересно посмотреть на мир глазами экоактивиста, стоит почитать.
Подробнее https://olnigami.livejournal.com/385839.html?...
Книжное. «Верхний ярус» Ричарда Пауэрса
2024-09-15 13:47:09