За пять тысяч рублей я ожидала если не Фрейда в белом халате, то хотя бы врача, который умеет открывать двери без помощи колена. Но судьба, как всегда, решила подкинуть мне сюрприз в лице доктора Сергея Викторовича – психиатра, который, судя по всему, сам был своим самым сложным пациентом.
Он опоздал на двадцать минут, появившись в коридоре с видом человека, только что пережившего апокалипсис. Из-под белого халата кокетливо выглядывали спортивные штаны с золотыми лампасами, словно втайне мечтающие о карьере в варьете. В одной руке он сжимал стакан колы, в другой – пакет из бургерной, на дне которого расплывались подозрительные пятна.
— Майя? — хрипло спросил он, окидывая меня взглядом, полным надежды, что я вдруг окажусь вовсе не его пациентом, встречи с которым он совсем не ждет.
— Да, это я… к вам на приём.
— А, ну конечно! — Он судорожно попытался достать ключ из кармана, но халат, кола и пакет с едой образовали непреодолимый альянс против этого простейшего действия. После минуты борьбы он вдруг протянул мне свои сокровища:
— Вот, подержите, а то я… э-э-э… неудобно как-то.
Я автоматически приняла стакан и пакет, пока доктор пинал дверь кабинета, бормоча что-то про «этот проклятый замок». Когда дверь наконец поддалась, он торжествующе воскликнул:
— Ну вот, а они говорят, что я не справляюсь!
Кабинет напоминал филиал хаоса: стопки бумаг, чашка с засохшим кофе, на стене криво висевший диплом (подозрительно похожий на ксерокопию). Доктор плюхнулся в кресло, отхлебнул колу, вздохнул и сказал:
— Ну, рассказывайте, что у вас там.
Я осторожно поставила его еду на стол.
— Доктор, у меня… тревожность. Панические атаки. Иногда кажется, что всё бессмысленно.
Он кивнул, развернул бургер и откусил.
— М-м-м, понимаю. А вот у меня, например, вчера тоже была паническая атака.
— Э-э-эммм...
— Ах да, простите! — Он махнул рукой, и капли соуса брызнули на диван. — Ну так что вас конкретно беспокоит?
Я начала рассказывать про бессонницу, про постоянное чувство вины, про то, что жизнь кажется каруселью, на которую я не покупала билет. Доктор слушал, кивал, жевал, а потом вдруг спросил:
— А вы случайно не знаете, как отстирать майку от пятен от шаурмы?
Я замерла.
— Доктор, я вам про экзистенциальный кризис.
— А, ну да! — Он почесал голову. — Ну, кризис — это нормально. У меня, например, каждую пятницу кризис.
Я начала подозревать, что либо он гениальный провокатор, либо просто забыл, кто из нас пациент.
— Может, вы мне что-то посоветуете? — попыталась я вернуть беседу в нужное русло.
— Конечно! — Он оживился. — Во-первых, купите себе тяжелое одеяло. Очень помогает. Во-вторых… — он замялся, — в-вторых… э-э-э… ну, не знаю, может, заведите домашнее животное?
— Животное?
— Ну да! Они милые. И не задают глупых вопросов.
Я уже собиралась спросить, не стоит ли мне просто уйти, но тут он вдруг вытащил из ящика стола блокнот и с видом заправского психоаналитика начал что-то строчить.
— Так… тревожность… панические атаки… — он поднял на меня взгляд. — А вы случайно не боитесь клоунов?
— Нет.
— Жаль. У меня тут целая теория про клоунофобию…
В итоге он выписал мне «что-нибудь успокоительное» (название лекарства он, кажется, придумал на ходу), взял с меня пять тысяч и на прощание сказал:
— Знаете, Майечка, —он перешел на фамильярный тон—если что — приходите ещё. Только, пожалуйста, не в пятницу. Вот пропейте «курсовочку» и приходите.
Я вышла из кабинета с чеком, рецептом на скорее всего несуществующий препарат и стойким ощущением, что, мне прямо сейчас стало гораздо хуже.
Но теперь я точно знаю, что я меньший псих, чем мой псисиатр.
И, кажется, это знание стоило потраченных пяти тысяч.
(Основано на реальных событиях. Ни одна дверь в итоге не пострадала)
Подробнее https://may-bee-letter.livejournal.com/58299.htm...