Всегда очень трудно после сильной книги возвращаться к чтению обычности.
Вчера закончил "Трильби" и приходится опять читать ЛФР.
Опустим тут рассказ о том, почему приходится, потому что ничего подходящего больше нет. Нет, не чтобы "промотать время", как уверяют нас большие специалисты по литературе, цитируемые Вадимом. А чтобы продолжать имитировать существование.
Трудно перестроиться обратно. Тексты 19-го века громоздкие, многословные, и не сказать, что в них глубины смыслов. Но они... густые, что ли. После них ширпотребовская книжка читается как водичка с сахарозаменителем и ароматизатором после... ну, что бы тут написать... пусть будет: сбитня.
Они густые не смыслами, не идеями - а просто словами. Вот ты читаешь этого Дюморье, он жутко многословен, и та ЛФР-овская книжка, что я было отставлял, а сейчас дочитываю - тоже местами избыточно многословна. Вполовину бы сократил. Но это какие-то две разные многословности. Одна - густота слов. Другая - вода. Избыток и там, и там. Но - разный. В прозе Дюморье избыток происходит, видимо, от того, что рассказчику очень хочется показать и то, и сё, и это. Но выразительные средства у него вот такие, что надо громоздить и гвоздить, громоздить и гвоздить, громоздить и гвоздить. А больше никак. У плохого рассказчика это называется графоманией, у нормального - получается такая вот несколько многословная густота.
А у современных ширпотребовских сочинителей всё не так. У них слова просто потому, что надо соорудить историю. Рассказать они её могут раз в пять короче, но, сами понимаете, зачем?
Подробнее https://alfare.livejournal.com/1256805.html?m...