Однажды мы проезжали по заснеженному припайному льду бухты Литке. Небо было безоблачным, и под лучами яркого солнца снег до горизонта искрился невероятной белизной. Внезапно под невысоким торосом мелькнули какие-то бурые и желтые пятна, резко контрастировавшие с окружающим фоном.
Подкатив поближе и заглушив снегоходы, мы обнаружили, что все торосы и заструги в окрестностях были украшены мочевыми метками песцов. Повсюду виднелись их свежие следы, а также уже подзаметенные следы более крупных хищников: волка, росомахи и белого медведя. Здесь явно кого-то ели.
Впрочем, ели не кого-то, а овцебыка. Это стало ясно почти сразу, стоило присмотреться к фрагментам шкуры и свалявшейся темно-бурой шерсти, в изобилии разбросанной по снежной поверхности.
В центре этого живописного пейзажа находилась глубокая яма около полутора метров в поперечнике. Когда я подошел поближе, из ямы, как чертик из табакерки, вынырнула нахальная белая морда с перепачканным носом. Морда оценивающе смерила меня с ног до головы и, вероятно, сообразив, что конкуренцию за ошметки дохлого овцебыка я вряд ли составлю, вновь исчезла в недрах ямы.
Яма была глубиной более метра, и у самого дна виднелись еще два узких отнорка, один из которых вел между обглоданных ребер прямо в центр овцебычьей туши. Второй ход шел куда-то в сторону, вероятно, к другой части туши, которую не было видно под снегом.
Может показаться странным, что мертвый овцебык вдруг оказался на морском льду. Но на самом деле до берега в этом месте было не более 50 метров. Скорей всего, овцебык нашел свой конец либо от старости, либо из-за какой-нибудь травмы или болезни, а может стал жертвой медведя или волков, и случилось это на берегу моря. Белый медведь отволок тушу или то, что от нее к тому времени осталось, на мелководье или на молодой лед осенью, что они любят проделывать, например, с погибшими на лежбище моржами. Зимой останки овцебыка вмерзли в лед, их занесло снегом. А нынче их откопал какой-то голодающий медведь, немного погрыз и ушел в поисках более ощутимого корма. И тогда кости с ошметками мяса, шкуры и хрящей достались песцам.
Следующие две недели эта яма стала моим любимым наблюдательным пунктом. Живший здесь песец явно ощущал себя главным боссом. Меня он считал недостойным внимания, но зато яростно защищал свою яму с едой от других песцов. За что в моем полевом дневнике и стал обладателем титула Властелина Ямы.
Подробнее https://panzer-bjorn.livejournal.com/113474.htm...
Властелин Снежной Ямы
2025-07-06 18:51:36